— Мне это не нравится. Тут что-то есть… Я бы предложил идти дальше.
— Куда? — спросил Кристофер. Мне показалось, что он недоволен сомнениями полковника в его суждениях.
— Что ты знаешь о соседях? — спросил в ответ полковник. — Кто тут ближайший землевладелец?
— Граф фон Маннихен, сэр. Он много раз приезжал к моему отцу, когда охотился. Для охоты нет границ, — неожиданно ответила Труда.
— Фон Маннихен! — полковник явно удивился. — Тогда вот оно! Наш ответ! Надо только добраться туда… Как далеко до поместья? — энергично спросил он.
— Около полулиги, сэр. Но граф…
— Я знаю его… мы охотились вместе… он был добрым другом моего отца! Он окажет нам любую помощь!
— На лошадей! — полковник повернулся и стянул вьюк с лошади, которую я вела. — Бросайте это всё. Ты тоже садись верхом, Кристофер, и бери с собой Труду. Я возьму миледи. Стоит нам проехать поллиги, и мы будем спать в удобных постелях… опять повезло!
Но он слишком поторопился. Как только мы сбросили груз и сели верхом, в гостинице неожиданно появились признаки жизни. Распахнулась большая дверь, и оттуда выбежали люди.
— Вперёд! — выкрикнул полковник, но наша лошадь не очень охотно ответила на его посыл. Я держалась руками за его талию, а позади раздавались звуки погони.
Глава двадцатая
— Сворачивайте на лесную тропу! — я еле услышала приказ полковника сквозь крики и тяжёлый топот копыт. Не понимаю, почему засевшие в гостинице не ждали нас верхом, чтобы легко схватить беглецов. Как будто что-то помешало тщательно подготовленной засаде, и ожидавшие не смогли сразу прийти в себя и сообразить, что делать, когда их первоначальный план рухнул.
Мы снова скрылись в лесу, в густой поросли; тропа повернула, огибая скалы. Позади вопили преследователи, раскатился треск выстрела, хотя не знаю, в кого целились, потому что нас уже не было видно. Но сердце моё подпрыгнуло, и я испугалась. Они вооружены, несомненно, хорошо вооружены, мы же беззащитны от пуль. И мы не могли надеяться уйти от них на неуклюжих деревенских лошадях.
— Сюда! — громко скомандовал полковник. Он повернул лошадь направо, и Кристофер последовал за ним. Теперь мы скакали по гораздо более узкой тропе, с обеих сторон ограниченной каменными столбами с резными фигурами птиц наверху. В ярком свете луны я заметила полураскрытые крылья птиц, они словно собирались взлетать в небо.
Здесь мы не могли ехать рядом. Полковник послал Кристофера вперёд.
— Ищи дом лесника! — приказал он. — Мы успеем, если повезёт! — голос его выражал такую уверенность, что я чуть было не поверила, что у нас ещё есть надежда.
Возможно, наш неожиданный поворот на эту явно частную дорогу смутил преследователей. Тропа была извилистая, со многими петлями и поворотами, по обе стороны вплотную к дороге росли густые кусты и деревья. Я подумала, что мы, в плащах, в темноте (свет луны сюда не пробивался), всё время поворачивая, не представляем собой хорошие цели, хотя не знала, насколько метко стреляют преследователи.
— Впереди… сэр!
Мы не нуждались в этом возгласе Кристофера. Снова блеск лампы, на этот раз из полуоткрытой двери, в светлом проёме обрисовались очертания человека. Он поставил лампу на землю и поднял дробовик. Лошадь Кристофера скакала из последних сил, наша — за ней.
— Оставайтесь на месте! — последовал приказ такой же уверенный, какие отдаёт мой спутник. Полковник чуть повернул лошадь, снял мои руки со своего пояса и опустил меня на земли. Потом спрыгнул сам.
— В дом! — первым делом приказал он мне и так подтолкнул в спину, что я упала на колени. — Каспер! — теперь он обратился к человеку в двери. — Это полковник Фенвик… Помнишь кабана со сломанным клыком?
Должно быть, в его словах заключался какой-то пароль, потому что человек опустил оружие и приставил к ноге.
— Что случилось, сэр?
— За нами гонятся!
— На земле графа? — лесник явно рассердился. — Посмотрим!
Я была так потрясена падением, что полковнику пришлось чуть ли не заносить меня в дом. После долгого пребывания в темноте меня прямо-таки ослепил свет лампы, и прошло некоторое время, прежде чем я смогла оглядеться. Труда сидела рядом на скамье, тяжело дыша и держа меня за руку.
У очага стоял молодой человек, тоже с дробовиком в руках. Почти мальчик, он с удивлённым видом смотрел на дверь. Дверь захлопнулась, возле неё стояли полковник, Кристофер и лесник, сжимавший в руках оружие.
— Граф? — переспросил лесник, закрывая дверь прочным брусом. — Он в Лондоне, сэр. Поехал в составе посольства к королю…
Я вспомнила, что Гановер ещё часть Британской империи, пока правит король Вильям. Неудивительно, что у полковника есть связи с этим графом…
Полковник нахмурился, взглянул на закрытую дверь. Но лесник, по-видимому, понял, в каком мы положении, потому что уже повернулся к юноше и приказал:
— Через заднюю дверь, Якоб, подними наших людей и зажги сигнал. Мы не допустим браконьерства на земле хозяина!
— Оставь это, — полковник прошёл через комнату и взял дробовик у юноши. — Он нам может пригодиться…
Каспер выглядел человеком средних лет, в его тёмных волосах уже сквозила седина. Открытое лицо теперь нахмурилось и выглядело таким же строгим, как у полковника.
— Сэр! — голос его прозвучал возмущённо и гневно. — Они не посмеют применять здесь насилие. Ведь это охотничьи угодья графа.
— Они из-за границы, Каспер. Посмеют, — заверил его полковник. — Они надеются захватить нас и уйти, прежде чем придёт помощь. Когда мы будем в их руках, что хорошего принесут протесты твоего хозяина? Они смогут сочинить сотню историй, даже наказать рядовых исполнителей, но нас всё равно не отпустят.
Каспер медленно кивнул.
— Наверное, вы правы, сэр. Сколько их? Давай быстрее, Якоб… — лесник взглянул на юношу, который задержался, поглядывая на дробовик в руках полковника, словно хотел вернуть его.
— Иду, господин Капплеман! — молодой человек прошёл в тёмную часть комнаты, открыл там дверь и скрылся в ночи. Лесник и эту дверь закрыл на брус. Он не успел ещё отвести руку, как послышался крик:
— Эй, там — в доме!
Капплеман вопросительно взглянул на полковника.
— Якоб пройдёт, он знает лес, но может не успеть привести вовремя помощь. Что будем делать?
— Поведём переговоры, — ответил полковник. — Спроси, кто они, почему пришли, сердись из-за нарушения границ. Пусть отвечают…
На лице лесника появилось выражение сомнения.
— Я не очень-то хорош в речах, сэр. Но что могу, — он пожал плечами, — сделаю.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
